Книжка устами пассажира паровоза рассказывает о наблюдениях за тем, что происходит в окошке вагона. Меняется картинка: проплывают горы и степи, состояния природы, вот деревенский пейзаж, а вот возникают фабрики и заводы, сегодня — день, а завтра — ночь. Возникает ощущение громадности страны, непрерывного перетекания пространства. В конце книжки наступает момент, когда событийность перестает
быть фактом, а приближается к вечному бытию. Паровоз приехал, но завтра он отправится в следующее путешествие. И только машинист все знает и ведает: он выступает здесь хозяином этого кругового движения, медиумом времени.

И. Галеев

Для искусства начала ХХ века геометрия и беспредметность стали тем, что способно визуализировать скрытые процессы, сделать видимым то, что, являясь основой творчества и мироздания, тем не менее внешне никак себя не проявляет. Это чистая философия в искусстве, опирающаяся на те же классические категории — бытие, материю, движение, пространство и время, но раскрывающая их не посредством слов, а с помощью формы, фактуры, цвета и расположения по отношению друг к другу на листе отдельных элементов. Буква, квадрат, брусок — как в «Сказе про 2 квадрата» — не изображения, но знаки, символы, отсылающие и к частному (историческому контексту — «по черному установилось красное»), и к общему (творчеству, сотворению, Творцу — «летят на Землю издалека...»).
Где сказано, что тексты можно записывать только словами?

Е. Лаврентьева, искусствовед, доцент кафедры коммуникативного дизайна МГХПА им. С. Г. Строганова